oleg_shein (oleg_shein) wrote,
oleg_shein
oleg_shein

Categories:

В небе над Астраханью (неизвестные страницы Второй мировой войны)

Июль и август: враг рвется к дельте Волги

Астраханцы хорошо знают, что во время Второй мировой войны противник был остановлен западнее города, в калмыцких степях.

Но ведь война шла не только на земле. В годы войны Luftwaffe отметилось дальними рейдами на Саратов, Нижний Новгород, Ярославль. Не осталась в стороне от вражеских бомбежек и прифронтовая Астрахань.

Вражеская авиация уже появлялась над городом в предшествующую войну, гражданскую, когда астраханцев терроризировали базировавшиеся на остров Чечень, Каспийское море британские пилоты. Теперь, спустя 23 года, угрозу города создавали самолеты совершенно другого класса.

Воздушное прикрытие Астрахани изначально было довольно символическим. В конце июня на астраханский аэродром было переброшено три И-16 из 629-го ИАП, два биплана И-15b из 652-го ИАП и 4 Як-1 из 788-го ИАП.
Эти силы были совершенно недостаточны.





Первый авиаудар город пережил в ночь на 28 июня. Он длился более двух часов. Самолеты сбрасывали бомбы на переправу у Солянки и железнодорожную станцию. Пострадали и жилые кварталы. В ходе бомбежки были разрушены 19 кирпичных и четыре деревянных дома, во многих местах вышли из строя линии электропередач и водопровод. При этом действия немецких пилотов корректировались с земли: горожане наблюдали, как в воздух выстреливаются ракеты, направляющие самолеты на цель. Прямо во время бомбежки оперативно сработавшие сотрудники НКВД и задержали двух сигнальщиков. Ими оказались два красноармейца, попавшие в плен в 1941 году, и вместе с еще тремя агентами заброшенные на Нижнюю Волгу.

Первый секретарь Сталинградского обкома ВКП(б) Алексей Семенович Чуянов получил письмо от первого секретаря Астраханского окружкома В.А.Голышева: “Нас тут бомбам и разносят к чертям собачьим. В городе пожары. Деревяшки горят. Два часа без передыху садили по переправам. Водопровод не действует. Сидим без света. Но нефтехранилища уцелели, хотя нефтяные ямы – они сверху, как зеркала”.

Учтя отрицательный опыт, при очередном налете 12 июля наши офицеры направили германских пилотов в сторону от искомых целей, выстрелив из ракетниц в направление степи.

22 июля были отмечены первые факты минирования волжского фарватера. К 1 августа в фарватер была сброшена 231 мина. Траление и передвижение судов были организованы из рук вон плохо, а, скорее всего, вовсе не организованы, и только на неделю с 25 июля по 3 августа от авианалетов и мин погибло 48 судов, в том числе 4 пассажирских парохода, 2 грузовых парохода, 26 сухогрузов и 16 драгоценных нефтеналивных барж. После такого успеха немцы переключились на Сталинград, резко сократив минные поставки: 74 мины в августе и 37 в сентябре-ноябре.

Помимо сбрасывания мин в фарватер, немцы активно прибегали к бомбежкам судов. 29 июля у села Соленое Займище было уничтожено несколько барж, буксировавшихся пароходом “Коллективизация”. При этом осколками был убит механик Ф.С.Востриков. 30 июля недалеко от Владимировки (Ахтубинск) одинокий Не-111 атаковал пароходы “Вячеслав Молотов” и “Михаил Калинин”. С помощью противотанковых ружей (!) находившиеся на борту пароходов бойцы смогли сбить бомбардировщик.

Столкнувшееся с кризисом на Волге советское руководство пусть с запозданием, но начало принимать решительные меры. На суда было установлено 64 зенитных орудия и 239 зенитных пулемета. На все суда был назначены комиссары. Из местных жителей было сформировано 430 минных постов, представлявших собой импровизированные патрули на весельных лодках, фиксировавшие минные поставки и помогавшие в навигации. Это было небезопасное мероприятие. Немецкие пилоты расстреливали весельные лодки из пулеметов.
В зоне внимания вражеского командования оказались и каспийские перевозки. Первый пароход подвергся атаке 2 августа.

12 августа противник занял Элисту, а южнее, в Ставропольском крае, враг стремительно приближался к перевалам Кавказского хребта.

19 августа 18 бомбардировщиков Ju88 двумя группами совершенно безнаказанно совершили авианалет на Астрахань, сбросив бомбы в северной части города.



15 августа четыре самолета Luftwaffe отбомбились по станции Улан-Хол, сбросив до 80 бомб и разрушив несколько звеньев дороги. Пострадали люди. Одновременно три бомбардировщика нанесли удар по Зензелям и подожгли 6 цистерн с нефтью.

21 августа в результате атаки немецких бомбардировщиков у Черного Яра было потоплено пять нефтебарж. Одновременно с этим в 40 км южнее была разрушена переправа у с.Никольского. Здесь были разбиты причалы и потоплены несколько паромов, погибло большое число людей и скот.

23 августа на высоте 1000 метров над Астраханью пролетел двухмоторный самолет. Зенитчики открыли по нему огонь, но не смогли добиться попадания. В этот же день у Енотаевки бойцы НКВД пленили трех немецких парашютистов.

В ночь на 26 августа бомбардировщики Luftwaffe совершили налет на важный железнодорожный узел Верхний Баскунчак. В поселке возник пожар, были повреждены железнодорожные пути и депо. Героический поступок совершил начальник депо Паринов, который прицепил неразорвавшуюся бомбу тросом и оттащил ее паровозом из поселка в степь.

26 августа у поселка Трусово в воздухе загорелся наш истребитель. Летчик выбросился с парашютом, а машина разбилась. Продолжались немецкие разведрейды. В этой связи было принято решение перебазировать находившийся в Астрахани нефтеналивной флот в Гурьев. В течение нескольких дней туда было эвакуировано 94 судна, в том числе 42 танкера и нефтебаржи.

Ввиду активных действий немецких бомбардировщиков была полупарализована и работа железной дороги. В Астрахани скопилось громадное количество вагонов, которые пришлось выводить на трамвайные пути.

Командованию срочно пришлось усиливать астраханское направление. К 26 августа в Астрахань была переброшена 289-я авиадивизия 8-й воздушной армии: два бомбардировочных и один истребительный полк. Полевой аэродром расположился под Астраханью, на берегу реки Болда.

Ударной частью 289-й ад стал 806-й шап майора Еськова. Он формировался накануне войны на аэр. Тихорецкая как 276-й ббап. Первые несколько бомбардировщиков СБ полк получил в конце июня 1941 г. и приступил к тренировкам. В июле полк вновь остался без самолетов, т.к. имевшиеся были переданы другому полку, направлявшемуся на фронт. В октябре 1941 г., так и не получив самолеты, полк покинул Тихорецкую и окружным путем через Среднюю Азию спустя месяц прибыл в Астрахань. 27 марта 1942 г. в Астрахани он был переформирован в 806-й шап, и направлен в запас для переучивания на новую матчасть. На вооружение в середине июля 1942 г. полк получил 20 самолетов Ил-2. Имел двухэскадрильный состав.

232-й шап был сформирован как 232-й сбап. Первоначально он входил в состав 45-й сад, перед началом войны базировался в Кировограде и в Федоровке. Участвовал в боевых действиях на Южном фронте, в том числе над Одессой против немецкой и румынской авиации. К декабрю 1941 года в полку осталось всего три самолета, вдобавок, неисправных. Лето 1942 года он встретил в составе 6-й уаг на Северо-Западном фронте.
148-й иап был сформирован в феврале 1940 г. в г. Люберцы Московской области. Он активно участвовал в финской кампании и в воздушных боях 1941 года в Прибалтике. Ввиду потерь полк был направлен на переформирование и продолжил борьбу уже на южном участке фронта. К июню 1942 г. полк был перевооружен истребителями Як-1. С июня 1942 он действовал на Сталинградском фронте в составе 269-й иад, а затем 289-й иад.

Дивизией командовал полковник Леонид Давыдович Рейно. В период битвы за Москву Рейно командовал полком штурмовиков, проявил талант командира и личное мужество, сам участвовал в боевых вылетах и едва не погиб в одном из боев.



Основные силы авиадивизии были брошены к Хулхуте, где Ил-2, сопровождаемые истребителями, наносили массированные удары по живой силе и технике противника, помогая нашей пехоте остановить наступление гитлеровцев.

Небо над Астраханью в этих условиях оставалось небезопасным.

30 августа в 12.01 истребитель Ме-110 был замечен над Астраханью.

31 августа над Астраханью появился одинокий Ju-88.


Сентябрь: черное небо над Астраханью

1 сентября ВНОС отметил появление над Астраханью, Улан-Холом и Солеными Займищами девяти немецких самолетов. В 10.50 один из них отбомбился по Никольскому, сбросив три ФАБ. В 10.23 три бомбы были сброшены на железнодорожную станцию Сероглазово. В 15.20 в результате прямого попадания бомбы были разрушены два дома в Енотаевке. Правда, никто не пострадал.

2 сентября в 11.07 немецкий самолет сбросил бомбу на завод им. Ленина. Она не разорвалась. Примечательно, что самолет прилетел с юго-востока, откуда его явно не ждали. В 23.25 на переправу у Никольского Ju-88 сбросил 8 бомб. В полночь были нанесены удары по оборонительному обводу у Дурного и на западных окраинах Астрахани.

4 сентября над Астраханью, Красным Яром и Енотаевкой высоко в воздухе, на высоте 5000 метров, проплыли 15 немецких самолетов. Немцы бомб не сбрасывали. Наши зенитчики вели активный огонь.

5 сентября у Ницяна два Ме-109 обстреляли УРовцев. В 6.10 “мессеры” появились у Давсны, и через 15 минут на них имел неосторожность выйти Пе-2 лейтенанта Синельникова. Ме-109, естественно, без особого труда расстреляли “пешку”, причем Синельников и штурман Иванов получили сильные ожоги, а стрелок-радист Агафонов погиб. Пилоты Luftwaffe в 7.42, 9.16 и 15.15 пролетали над Астраханью. В этот же день Ju-88 из II/KG76 бомбили станции Харабали, Тамбовку и Хошеутово, причинив им значительные повреждения. Однако немецкая эскадрилья понесла горькую потерю – с задания не вернулся ее командир Рудольф Шмидт, сбитый зенитками.
6 сентября один немецкий пилот вел разведку над дельтой Волги. Еще семь самолетов исследовали движение поездов по линиям Астрахань-Саратов и Астрахань-Кизляр.

7 сентября было замечено 14 немецких самолетов, включая 2 Ме-109, 5 Ме-110, 6 Ju-88 и 1 FW-189. В 7.42 один “юнкерс” пролетел над Астраханью, в 09.10 был замечен еще один бомбардировщик. В 15.15 Ju-88 появился в третий раз. Зенитчики выпустили 120 крупнокалиберных снарядов, но без всякого результата. Кроме того, немецкие пилоты разведывали обстановку над Басами, Красным Худуком, Дурным, Енотаевкой и Черным Яром.

8 сентября четыре немецких самолета пролетели на высоте 4000-7000 метров над Астраханью. Один Не-111 сбросил над городом листовки. Кроме того, немецкая авиация была замечена над Яксатово, Оля и Енотаевкой.

9 сентября уже в первой половине дня над территорией Астраханского округа было замечено 22 самолета, в том числе над Астраханью – 6. Особое внимание немцы уделили Соленому Займищу. В 12.38 по небольшому селу, расположенному чуть южнее Черного Яра, нанесли удар 12 Ju-88, сбросивших не менее 50 бомб. Причиной служила расположенная здесь переправа. В результате налета было разрушено 17 домов, погибло 5 человек, еще 17 получили ранения. В 13.22 у Грачей одинокий “юнкерс” бомбил переправу у Грачей, в 16.48 другой бомбардировщик обстрелял дорогу у Ново-Покровского. Очередью из пулемета был убит один человек. Еще один удар был нанесен по железнодорожной станции Богдо, где пострадали около 100 человек и загорелись цистерны с нефтью. Наконец, еще один Ju-88 сбросил семь бомб на Шамбай и Замьяны.

Особому удару в этот день, 9 сентября, подверглась Астрахань. В 18.30 9 сентября шесть Не-111 и три Ju-88 из III/KG4 сбросили на город 21 бомбу типа Brand C50A и Brand C250A, то есть массой до четверти тонны. Удару подверглись нефтебазы № 5, в пос. Ильинка и судоремонтный завод им. Ленина.

Два очага пожара возникли на железнодорожной станции Трусова, неподалеку от завода им. Ленина сгорела школа, задымились сооружения на самом заводе, а, самое главное, возник пожар на нефтехранилищах. Были подожжены около 400 тысяч тонн нефтепродуктов. Гигантское пламя поднялось на сотни метров, а колоссальный столб черного дыма был виден за сотни километров от Астрахани. Его хорошо помнят ветераны, в это время стоявшие под Хулхутой. Наши зенитчики выпустили 1500 снарядов и патронов, но успеха не достигли.

Ночью сирены сработали еще раз. В результате ударов сгорели 48 домов, клуб, больница, школа и здание бассейнового комитета профсоюза речников. И вновь сотрудниками НКВД были арестованы два агента абвера, которые ориентировали немецкие самолеты с помощью сигнальных ракет.





Вот что вспоминал астраханец С.Антонов: “был жаркий летний день. Вдруг стало темно, как ночью. Выбежав во двор нашего дома, я увидел, что небо заволакивает огромнейший столб черного дыма, поднимающийся со стороны нефтебаз. И при этом царила странная, неестественная тишина. От ужаса мы все закричали, так как это было поистине кошмарное зрелище. Ниже над горизонтом в небо стали вздыматься огромные огненные всполохи, и тут я увидел в их отблесках немецкие самолеты, которые ровным строем выворачивали после атаки”.

10 сентября число немецких самолетов над территорией округа достигло 22. Они действовали над Черным Яром, Юстой, Астраханью, Досангом и Давсной. Особым ударам подвергалась железная дорога. Железнодорожник М.Кошманов вспоминал: “Немецкие самолеты-разведчики держали каждый поезд под наблюдением. Достаточно было из Астрахани выйти наливному составу, как на подходе к Верхнему Баскунчаку он подвергался бомбежке”. Транспортники начали камуфлировать цистерны под обычные вагоны, обшивая их досками или нагружая сверху лесом. Скорость движения упала до 30-40 км в сутки.

11 сентября под удар попали Михайловка и Енотаевка.

24 сентября экипаж парохода “Сократ” смог отразить налет немецких самолетов, причем два Ju-87 были сбиты и упали в 2-3 км северо-восточнее Владимировки.



Один из этих самолетов пилотировал лейтенант Вальтер. Его напарник сообщил, что лейтенант не спрыгнул, машина в огне упала на землю. Через некоторое время над немецкими позициями были сброшены листовки с фотографией Вальтера и просьбой передать привет его родителям в Бадене. Помимо обращения к родственникам, в тексте содержался призыв переходить на сторону «Свободной Германии» во избежание больших неприятностей.

25 сентября зенитный расчет “Сократа”, стоявшего на приколе во Владимировке, смог отразить еще один авианалет, нанеся урон уже трем самолетам немцев. Один Не-111 упал в районе Цаган-Амана. Еще два самолета сбили зенитчики парохода “Алтай”.

Хуже пришлось путейцам станции Астрахань-II. Одиночный бомбардировщик сбросил на нее 1000-кг бомбу. В результате были разрушены несколько зданий, повреждены пути и опрокинут паровоз. Пострадало восемь человек.

Всего в период с августа по декабрь только на участках Астраханского отделения Рязано-Уральской железной дороги было отмечено 786 налетов. Железнодорожники проявляли образцы героизма и самоотверженности. Дежурный по ст. Досанг М.Косовин не прервал работу по рассредоточению эшелона, попавшего под удар немецких бомбардировщиков, хотя в эти минуты погибла вся его семья – жена и двое несовершеннолетних детей. Машинисты В.Раевский и М.Зернов на ст. Богдо одеждой сбили пламя с двух вагонов, груженных авиабомбами, хотя состав мог рвануть у них под ногами в любую минуту. Начальник депо ст. В.Баскунчак А.Панкратов, не дожидаясь саперов, вместе с товарищами вытащил неразорвавшуюся бомбу, угодившую в котлован поворотного круга.

Наиболее серьезному испытанию подверглись зенитные расчеты и обслуживающий персонал паромной переправы. Бомбили также заводы им. Ленина и III Интернационала, речной порт, нефтебазы №№ 2 и 5, железнодорожную станцию Астрахань-1. Только на город было сброшено 200 бомб. Потери несло население и расположенные в городе воинские части. В ходе одного из налетов разметало столовую 2-го курсантского батальона авиашколы механиков.

За зенитками стояли астраханские девушки дивизионного района ПВО (полк. А.И.Купча). Начальник Сталинградского военного округа Герасименко жаловался А.С.Чуянову об отсутствии для них предметов гигиены, ваты, например, раз в месяц.

Другие девушки служили в госпиталях. В общей сложности в городе было организовано 39 госпиталей на 4500 мест. Сотни доноров ежедневно записывались на добровольное переливание крови.

Из Сталинграда была выдвинута часть 748-й зенитно-артиллерийского полка. На ее базе предполагалось сформировать 679-й зенитно-артиллерийский полк для защиты неба над Астраханью: 64 орудия. Комиссар 4-й батареи Алексей Иванович Майский вспоминал, как его часть в составе 250 человек пешком вышла в Астрахань. По дороге во Владимировке (Ахтубинск) местные женщины упросили командовавшего частью капитана Гаврилова отпустить солдат и офицеров по их домам. Утром хорошо отдохнувшая, вымытая часть в отстиранных и отглаженных гимнастерках, с потяжелевшими вещмешками попрощалась с гостеприимным городком. Прибыл в Астрахань, дивизион разместился на ул. Толстого. Ему везло. До конца астраханской кампании дивизион не потерял ни одного человека убитым или раненным.

Астрахань была единственной базой снабжения 28-й армии. По этой же причине обеспечение перевалки грузов через Волгу имело для В.Ф.Герасименко жизненно важное значение. Еще до войны предполагалось построить железнодорожный мост, но в результате вторжения вермахта у национальной экономики возникли иные приоритеты.

В результате в августе 1942 года пришлось наспех искать по всей Волге баржи. Однако часть их была задействована для снабжения важного Сталинградского плацдарма армии Чуйкова. В результате грузы на Трусово стали простаивать, чем не применяла активно пользоваться немецкая авиация. Практически каждый день в городе звучал грохот от взрывающихся цистерн с нефтью.

В результате по инициативе инженеров Я.А.Виленкина и П.Г.Мемнонова было решено поставить восемь барж поперек Волги. Так возникла понтонная переправа от Заболдинского леса к Солянке. Она была сооружена за 10 дней и стала объектом постоянных налетов Ju-88.

Немецкая авиация проводила разведку над Астраханью, Юстой, Солеными Займищами, Линейным. Стояла солнечная и теплая погода – около 17-23 градусов по Цельсию.

Налеты на Астрахань совершались преимущественно с аэродромов под Сталинградом, в частности, Гумрака. В директиве Гитлера от 23 июля говорилось: “Особое значение имеет при этом заблаговременное разрушение города Сталинград. Кроме того, эпизодически осуществлять воздушные налеты на Астрахань; минированием нарушать судоходство в нижнем течении р. Волга”. Об одном такой рейде пишет немецкий ас Рудель.

К этому времени ПВО Астрахани располагали всего 12 истребителями: три Як-1, два И-15b и два “Харрикейна” из 652-го ИАП базировались в городе, еще пять ЛаГГ-3 из 572-го ИАП в Харабалях.

23 сентября в воздушном бою над Дурным (Рассветом) был сбит Як-1. Пилот совершил вынужденную посадку.

25 сентября пятидесятикилограммовая бомба упала в жилом квартале. Она разрушила 6 жилых домов. Восемь человек получили ранения.

В ночь на 26 сентября был совершен большой налет на железнодорожную станцию Астрахань-2. Сгорело три нефтебака с горюче-смазочными материалами, были разрушены три жилых дома и в нескольких местах сильно повреждено железнодорожное полотно. По оценкам службы ПВО, в общей сложности было сброшено 100 фугасных и 200 зажигательных авиабомб.

28 сентября налету подверглись предприятия Микояновского района г.Астрахани. Были разрушены четыре жилых дома, убиты и ранены 15 человек. При этом сильно пострадал судостроительный завод.

2 октября в 07.26 семь Ju-88 появились над станцией Ашулук, сбросив на нее до 40 фугасных авиабомб. В результате в нескольких местах было разрушено железнодорожное полотно, пострадало гражданское население.

9-го октября стал черным днем для немецких пилотов. А. Сидоровский из 652-го истребительного полка на своем “Яке” вступил в бой с шестью Ju-88, бомбившими железнодорожную станцию Селитренная. Во время боя пилот заметил, что к станции подходит вторая, группа вражеских машин. Их тоже было шесть. Несмотря на несоответствие сил, Сидоровский отогнал противника, в основном благодаря невероятному упорству и дерзости. Собственно, в данных обстоятельствах иначе бы он не выжил. Сидоровский срезал тараном один из бомбардировщиков, вырубив хвостовое оперение и пулемет. Ju-88 упал вниз. Его экипаж погиб. Остальные пилоты люфтваффе предпочли покинуть поле боя. В 10.00 в 30 км южнее Енотаевки звено истребителей ПВО сбило еще один Ju-88. Из экипажа никто не уцелел.

10 октября еще один таран, над Астраханью, провел летчик Мишин. Однако потеря стабилизатора не отразилась на устойчивости немецкой машины, и потребовался еще один таран, который провел лейтенант Иван Казаков из 572-го ИАП.

11 октября с утра над города появился “юнкерс”, некоторое время покруживший в воздухе под обстрелом зениток и затем ушедший на запад. А после обеда город атаковали два Ме-109 с пиковым и тузами на фюзеляже из 3/JG53 прошли над городом на бреющем полете, обстреляв из пушки и пулеметов несколько улиц, 17-ю пристань, кирпичный завод, батарею 679-го ЗенАП и железнодорожный состав. В ходе этой штурмовки было ранено семь горожан. Психологический эффект был огромен. Многие постарались покинуть город и укрыться в селах.

Затем немецкая авиация оживила свои действия на Каспийском море. 24 октября в 08.30 над Астраханью на высоте 7000 метров пролетел разведчик Ju-88. Данные аэрофотосъемки показали большое скопление на астраханском рейде нефтеналивных судов, пришедших из Баку и ожидавших очереди на разгрузку. Немецкое командование незамедлительно приняло меры.

289-ю ШАД преследовали неприятности. 18 октября разбился У-2 старшего лейтенанта Н.М.Крылова. В районе с. Началово самолет потерял управление и упал с высоты 80 метров. Летчик погиб, а вот второй член экипажа лейтенант Баклушин отделался легкими ушибами. 23 октября из-за неправильного прогревания мотора сгорел Лагг-3 лейтенанта И.И.Кузнецова. Кузнецов ранее был награжден медалью «За боевые заслуги» и провел без единого отказа матчасти силами своего звена более 300 боевых вылетов, поэтому военный трибунал ограничился замечанием.

18 октября в 12.00 девять Ju-88 из KG76 совершили налет на станцию Чапчачи. На маленький поселок обрушилось 90 фугасных и осколочных бомб. В результате были разрушены три здания, водяной резервуар для паровозов, сгорели 22 цистерны. Пожар продолжался не меньше суток. Однако железнодорожники упорно не прекращали ни на час свою работу, обеспечивая движение поездов.

24 октября удару подверглись станции Верблюжья и Досанг, на которые было сброшено, соответственно, 32 и 36 бомб. Наши Як-1 не смогли вступить в бой ввиду превосходства противника.

24 октября погиб вышедший из Баку с грузом карбида кальция пароход “Молот” (489 брт.). Из экипажа не сошел на берег никто.

26 октября на Астраханском рейде, примерно в 22.00, получив попадание от немецкой бомбы, загорелась и затонула шаланда “Америка” (995 брт.). Сторожевой катер “М-14” спас 8 чел. Погиб 1 чел. Через пять дней шаланда была поднята со дна и отбуксирована на мелководье. Возиться с ее ремонтом оказалось слишком накладно, и она пробыла на отмели до 1952 года, пока не была разрезана на металлолом.

В этот же день и в том же месте “Хейнкель” был потоплен рейдтанкер “Ударник” (3110 брт), пытавшийся помочь экипажу “Америки”. Взрывом бомбы ему оторвало носовую часть и снесло рубку. Судно быстро затонуло. Часть экипажа спаслась на шлюпке и на т/х “Урицкий” была доставлена в Астрахань. Погибло 13 чел., в том числе капитан Н. В. Краснов и заместитель начальника Рейдтанкера С. И. Галкин. Ранено 12 чел.

29 октября на Астраханском рейде была потоплена немецкой авиацией шаланда № 21 (850 брт). Она остановилась на ночь в Волго-Каспийском канале. От взрывов разрушена и носовая часть, судно заполнилось водой. Погибло 3 члена экипажа и 2 пассажира. Остальные 9 человек спасены п/х “Бакинец” и доставлены в форт Шевченко.

На следующий день, 30 октября, у Искусственного острова в результате атаки трех самолетов сел на бровку канала пароход “Коминтерн”. В результате судно превратилось в неподвижную цель и получило прямое попадание бомбы. Возник сильный пожар и “Коминтерн” полностью сгорел. Из экипажа погибло три человека. Остальные высадились на берег с помощью шлюпки.


Ноябрь: борьба за коммуникации



В целом на Астрахань только в период с 25 июля по 16 ноября 1942 года была сброшена 351 бомба. Особенно ожесточенный удар 9 ноября испытал на себе судоремзавод им. Ленина.

15 ноября на Астраханском рейде четырьмя Ju-88 был атакован танкер “Кулибеков” (1754 тонны). Он следовал с Астраханского рейда с пассажирами в п. Баутино (форт Шевченко) в охранении трех военных кораблей и вел на буксире землесос “СЗ-14”, шаланду №318 и баркас “Грузчик”. В 16.55 у банки Жемчужная танкер получил попадание сразу тремя бомбами, через 20 минут перевернулся и затонул. БО “Артиллерист” успел снять 43 чел. (в том числе 12 детей), которые на “СЗ-14” на другой день были доставлены в п. Баутино. Погибло 4 чел., 1 человек был ранен.

Офицер интендантской службы Григорий Панченко, оказавшийся по делам в Астрахани, так описывал свои впечатления от жизни в городе:

“День 25-ой годовщины Октября был днем пасмурным, холодным, ветреным. Вчера было ровно месяц, как я приехал в Астрахань. Наступила совершенная зима, которая угрожает сковать Волгу, а значит, и возможности транспортировки продовольственных грузов водой. Это печально, так как железная дорога контролируется немецкой авиацией от Астрахани до Баскунчака и даже севернее. Станции этого участка разрушены с немецкой терпеливостью и тщательностью. Станции Верблюжью и Сероглазово я видел разбитыми сам, когда ехал сюда.
Астрахань. 15.11. Астрахань - город великого коммунального запустения и белых шпицев. Шпицев во дворах по два, три и больше в прямой зависимости от числа жильцов в них. Они похожи друг на друга, как карандаши в новой коробке, и дьявольски злы.

Город дремуче запущен. Громадные выбоины в мостовых и на асфальтированных улицах. Дома облезли, как весенние линяющие кошки, штукатурка на многих из них осыпалась. Канализация испорчена, уборные выгребные, и во многих домах - непереносимая вонь клоаки”.

16 ноября в 09.00 одинокий Ju-88 сбросил бомбы на Астрахань. Одна из них упала на Набережной канала им. 1 мая между Армянским и Кировским мостами. По счастью, никто не пострадал.

19 ноября началось Сталинградское наступление. 21 ноября немцы были вынуждены очистить Хулхуту и противник стало не до Астрахани.

1943
Наступил новый, 1943 год.

8 января “юнкерсы” из эскадры KG51 “Эдельвейс” нанесли удар по станции Баскунчак. Немцев не сопровождал успех: был сбит командир эскадры полковник Хайнрих Конрад. В ночь на 1 мая бомбардировщики KG100 “Викинг” заминировали Волгу в районе Джакуевки. 4 мая одиночный самолет сбросил бомбу на Нижний Баскунчак. Наша речная флотилия активно вела работу по тралению русла реки. В мае на минах погибли канонерки “Красный Дагестан” и “Красногвардеец”, а также транспорты «Ваня Коммунист», «Комсомолка», «Катунь» и три тральщика. На путь из Астрахани до Саратова караваны затрачивали до 22 суток вместо прежних девяти.

Эпизодически приходилось вести бои с немецкими бомбардировщиками. Так, 1 июня в районе села Черный Яр бронекатер № 33 отразил шесть ночных атак Не-111. Последние сбросили около 60 бомб. В ночь на 20 июня одиночный Не-111 3-й эскадрильи 100-й бомбардировочной эскадры «Викинг» разбомбил на Каспии рыбоводный завод. Вот как описал этот рейд радист Клаус Фритцше :

«Приближаемся к дельте Волги, где, по данным разведчиков, на рейде стоит добрая сотня плавающих объектов, которые необходимо уничтожить. Мы с командиром первыми на высоте 1000 метров влетаем в зону поражения. Тут же начинается частая стрельба зенитных орудий, и командир дает приказ прекратить налет, чтобы избежать ненужного риска.

Луна освещает море, и на его блестящей поверхности хорошо видно любое судно. Уходим из опасной зоны. Внизу видим крупнотоннажное судно. Совершаем круг, пытаемся определить палубное вооружение. Не стреляют. «Вниз, на бреющий полет — приказывает командир. — Долго ему плавать не суждено!».

Все остальное проходит перед глазами как кинофильм, который я смотрю с места зрителя. Переходим в пике, и слышу крик командира: «Не переключил предохранитель, бомба не взорвалась!» И в тот же момент снова начинается зенитная стрельба. Ощущаем сильный удар, чувствую боль в ноге, отказывает правый двигатель, принимаются разные меры для стабилизации одномоторного полета, но без успеха.

«Внимание! Посадка на воду», — информирует пилот. Шум соприкосновения с водой и… тишина. Самолет плавает. Есть время выбросить и надуть резиновую лодку. Все четыре члена экипажа занимают в ней места, каждый с сумкой неприкосновенного запаса, кроме того, 4 автомата, сигнальный пистолет с ракетами, аварийный радиопередатчик, мачта, парус и медкомплект. Полезная площадь лодки небольшая, и с таким грузом людям места нет. Значит, сидим на борту, одной ногой на куче спасательных материалов, другой — в воде. Ищем весла, оказывается, одного нет. Значит, грести двум гребцам впереди слева и справа, а третьему, держать курс. Посадка и размещение закончены благополучно за считанные минуты. Все еще плавающий самолет начинает тонуть. Хвост поднимается из воды, и медленно, под булькающие звуки, наш гордый орел исчезает под водой».



А вот рассказ пассажира советского парохода, оказавшегося под градом бомб экипажа Фритцше:

"Плыл я пассажиром на грузовом пароходе из персидского порта в Астрахань. Ночью на 20 июня около полуночи подняли тревогу. Немцы налетают! На пароходе имелось порядочное число стволов зениток разных калибров.

Орудийные расчеты готовились открыть огонь по приближающемуся бомбардировщику. Расчеты подчинялись какому-то молодому неопытному лейтенанту, который собрался дать на это приказ.

Но тут появился майор, тоже пассажир, но, очевидно, опытный фронтовик. Закричал, чтобы все слушали только его команды, а лейтенанта дулом нагана убедил в том, что должность командира он берет на себя. Расчетам зениток он приказал повернуть орудия в сторону луны, так фрицы видят пароход только против луны, а после сброса бомб на ее фоне должен быть виден силуэт улетающей машины. Этим он сильно рисковал, но это был и единственный шанс попасть в бомбардировщик.

Так и вышло. Бомба не разорвалась, и зенитки открыли огонь по хорошо видимому силуэту самолета. Как будто не попали, но и самолет не вернулся тоже. Только двое суток спустя мы узнали о том, что бомбардировщик типа «Хейнкель-111» был подбит в ту ночь, а экипаж взят в плен».

Не-111 был подбит канлодкой «Ленин». Кроме рыбозавода, в эту ночь немцами была потоплена нефтебаржа.
Утром лодку с немцами выловил рыбацкий мотобот. У многих членов экипажа близкие – жены и дети – погибли на борту потопленного «Хейнкелем» рыбозавода. Моряки линчевали командира бомбардировщика майора Клааса, и сильно потрепали Фритцше и двух его коллег.

Пленных пилотов поместили в импровизированную тюрьму в расположенной в южной части Астрахани школе, а после нескольких допросов повезли на экскурсию по городу. «Три немецких летчика в военной форме и матрос Каспийского флота с автоматом на плече отправились в город смотреть достопримечательности Астрахани, - вспоминал Фритцше, - А для жителей города самым удивительным были мы. Вскоре нас окружила любопытная толпа людей. На лицах не было гнева или ненависти, были заинтересованность и любопытство».

Впоследствии экипаж был отправлен в производственный лагерь в Таболе (совр. Камызяк), где вместе с сотней пленных румын и несколькими немцами ловил осетров и собирал арбузы. Сам Фритцше обучился на помощника врача и в своих воспоминаниях рассказывал, как русские угощали его бутербродами с черной икрой.

В 2010 году автор этой книги, которая в то время уже выдержала два издания, неожиданной получил письмо из Германии. Автором письма был тот самый Клаус Фритцше, который выучил в плену русский язык, стал активистом «Свободной Германии», после войны жил в ГДР и хотел побывать в местах своих пересылок. Однако, состояние здоровья не позволило ему это сделать, а в 2017 году он умер в возрасте 94 лет.

Между тем жизнь в астраханском тыле не была совсем уж спокойной и размеренной. Сам Фритцше описывает, как едва не стал жертвой немецкой же бомбардировки, неожиданно обрушившейся на город в ночь с 26 на 27 июня 1943 года.

В этот вечер несколько немецких самолетов, поднявшихся с аэродромов в Крыму, нанесли удар по спящей Астрахани. Сбросив большое число осветительных бомб, немецкие пилоты произвели точечное бомбометание. Объектами удара стали железнодорожный мост через Болду, три судостроительных завода (им. Сталина, им. Х лет Октябрьской революции и им. III Интернационала), а также Трусовский рыбозавод. Службы ВНОС насчитали целых тридцать бомбардировщиков, но бомб в городской черте насчитали всего 61, так что и число самолетов явно оказалось преувеличено.

А вот жертв было много. Особенно пострадали железнодорожники. Среди них погибли 29 человек и были ранены 69, в том числе 37 тяжело. Часть пилотов Luftwaffe отработала по городским окраинам. В поселке Трусова были разрушены 22 жилых дома, а в селе Солянка три дома и школа. На правом берегу Астрахани из строя были выведены водопровод и телефонная станция. В Карагалях разорвавшаяся бомба убила 31 барана.

Это был последний налет на город.

В первых числах июля советские войска перешли в контрнаступление под Курском и немцам стало не до Астрахани.



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment